Большое летнее путешествие «Россия-2018». День двадцатый: Хохловка

Вообще я не большой фанат музеев деревянного зодчества. Желающие могут покидать в меня камнями, но во множестве случаев там скучища и большое количество до зубной боли похожих друг на друга построек. Как правило, спасти может хороший экскурсовод, но не всегда же везет. Кижи, например, я до сих пор вспоминаю и еще долго буду вспоминать с содроганием.

Однако Хохловку пропустить было нельзя, поскольку здесь есть строения редкие, каких больше нет, насколько я понимаю, почти нигде.

Готовясь к поездке, мы решили рискнуть, и я заказал экскурсию. Прикинув расстояние от Перми, договорился на 11 утра, но не сообразил, что окончательно перейти на другое время мы к этому моменту еще не успеем. В общем, пришлось сдираться ни свет, ни заря, хотя здесь-то было уже девять утра 🙂

Погода сегодня не подкачала: не очень жарко, порой облачно, довольно ветрено — но сухо! Доехали без особых проблем, хотя Яндекс почему-то в качестве приоритетного предложил вариант с грунтовкой. Честно предупредил, правда, что дорога неровная 🙂 Но в дождь мы бы там вряд ли прошли. Обратно все-таки поехали по асфальту 🙂 Пробег за день 93 км, общий — 2699.

В музее представлены постройки из разных частей Пермского края. Вот, например, типичная коми-пермяцкая усадьба северо-западного Прикамья — продукт совместного «творчества» местных жителей и русских пришельцев:

Здесь справа хорошо виден дом, который состоит из трех частей: с высокого (чтоб не заметало снегом, а его зимой может быть больше метра) крыльца вход в сени. Слева от них (повыше) теплая, зимняя изба, где печь, справа (пониже) — холодная, летняя. Печь-то топили круглый год, надо было готовить еду, но вот спать в натопленной избе летом невозможно, тогда уходили спать в холодную избу. Сзади к дому приделаны хозпостройки, их не видно — там хлева для скота, место для хранения саней, бороны, крупного инструмента. С торца дома окна выходят на амбар — он слева от деревьев стоит. Чуть поодаль — баня.

Здесь, конечно, не видно, но дом поставлен, как полагается, без единого гвоздя. Больше всего мне понравилось устройство крыши — называется «самцовая», то есть крыша, которая сама держится 🙂 Объяснять долго, но устройство изящное, желающим предлагаю погуглить.

Это была усадьба крестьянина-середняка, а следующий дом — пример того, чего мог добиться бедняк, если у него была голова на плечах и силы:

В этих краях землю под посев давали при рождении сына, потому что сын потом мог эту землю унаследовать, а дочь — ее же все равно замуж выдавать, там своя земля будет. А у Баяндина рождались сплошь дочери. Семья большая, все есть хотят, а сеять негде. Пораскинул умом, да и решил заняться ремеслом: красить ткани (привет деду Каширину). И так у него это лихо пошло, что позже он еще и торговлю открыл, причем не только тканями, но и разным другим товаром: скобяными изделиями, посудой и протчая тако. И отгрохал вот такую двухэтажную хоромину, где было аж три жилых комнаты — небывалая роскошь. И даже зеркало дома было, и посуда керамическая. Но крыша при этом все равно самцовая, без гвоздей. Скобяным товаром торговал, но сам гвозди не покупал: больно дорого на такую-то огромную крышу.

А вот это дом уже русский. Здесь тоже человек был сообразительный. Ему пришлось по семейным обстоятельствам расширить зимнюю жилую зону, поставить в доме вторую печь. Вторая печь — вторая труба, а по трубам подать считается, значит, плати вдвое. Так он стал угол проезжающим сдавать. Расплачивались — кто чем, денег-то мало было, в основном натуральный обмен. Бывали и кузнецы, а это значит что? Гвозди! В общем, набрал мужик гвоздей, так что даже сделал себе новомодную четырехскатную крышу!

А внутри дома — и вовсе красота. Вот, например, кухонный гарнитур — расписной:

А это части «заборки» — разборной перегородки между «столовой» и кухней.


Даже балки — и те расписные:

И заодно уж выставка расписных прялок. Такие прялки женихи невестам дарили. Делали сами, а роспись бродячим художникам заказывали:

Кроме изоб, есть в Хохловке, разумеется, и церкви. Внутреннее убранство везде погибло, да его почти что и не было: здесь не принято было расписывать храмы, местные этого не понимали (поэтому и в домах роспись была только у русских, а не у коми-пермяков), они больше деревянную скульптуру уважали. Но снаружи церкви впечатляют. Вот это Преображенская, 1702 года:

А вот это Богородицкая, она еще на 8 лет старше, 1694 года. Колокольня построена была чуть позже, но в тех же традициях, они веками не менялись.

Богородицкая побольше, и у нее два подклета, в отличие от Преображенской. У Преображенской подклет служил общественным амбаром, куда складывалось зерно как в «кассу взаимопомощи». А у Богородицкой один подклет использовался так же, а второй сдавался внаем проезжим купцам, если они останавливались в деревне на ночлег, и нужно было куда-то сложить товар. Колокольня же, разумеется, была еще и дозорной башней, поэтому стояла на возвышенности, ее и в музее поставили на самую высокую точку.

Еще здесь стоит стандартная дозорная башня, какие были во всех острогах:

Между прочим, красивые резные концы досок, из которых сложена крыша верхней площадки, имеют не только декоративное, но и сугубо практическое значение: при малейшем ветре они начинали гудеть, не давая дозорному заснуть 🙂

К сожалению, наверх нельзя залезть ни здесь, ни на колокольню.

Зимой многие крестьяне уходили бить пушного зверя. Жили в лесах вот в таких избушках:

Что интересно, в отличие от Сибири, избушки делались из «летнего» леса, поэтому служили недолго: несколько лет всего, потом сгнивали. Охотники ставили новую избушку в другом месте, а здесь все зарастало, и сюда возвращался зверь. Еще через несколько лет, когда другая избушка отслуживала свое, охотники могли снова вернуться сюда.

До избушек от деревень бывало довольно далеко, поэтому на расстоянии одного дневного перехода ставили вот такие навесы, под которыми можно было заночевать:

А добытый мех складывали вот в такие «избушки на курьих ножках»:

И наконец — главное, ради чего стоит ехать в Хохловку: солеварня! Пермский край знаменит своим соляными промыслами, добыча соли здесь началась еще в XV веке. 280 миллионов лет назад здесь плескалось теплое море. Потом постепенно развалился материк Пангея, Европа приехала к Сибири, вместо моря получились Уральские горы, а морская соль осталась и заросла землей. Под землей потекла вода, и получился рассол. Вот его-то и начали добывать, роя колодцы на несколько метров вглубь. Сначала просто бадьями таскали, потом насосы появились. С появлением мощных насосов, которые приводились в действие паровыми машинами, над колодцами выросли рассолоподъемные башни:

Оттуда сверху рассол по специальным желобам стекал в соляной ларь, который был со всех сторон стянут бревнами как обручами, на манер бочки, чтобы не развалился:

В ларе рассол отстаивался: все тяжелое опускалось на дно, легкое (типа щепок, желоба-то были деревянные) всплывало, убиралось, и очищенный рассол отправлялся в варницы. Вот как они были устроены:

Под полом — печь, над ней — металлическая сковородка, на которую сливался рассол для выпаривания. Жуткая жара, едкие пары... В общем, когда рассол густел и начинал потихоньку пригорать, его лопатами перегружали наверх, на деревянные полати, где соль уже высыхала окончательно:

После этого ее кололи (высохшая соль лежала на полатях огромными каменными глыбами), грузили в мешки, и соленосы перетаскивали ее в амбар:

Амбар стоял ближе к воде, на границе половодья. Весной, по высокой воде, к нему подходили баржи, на них из амбара грузили соль и отправляли на продажу.

Про Хохловку можно рассказывать очень и очень долго. С экскурсоводом нам здесь опять повезло, два часа пролетели незаметно, но уходить не хотелось. Мы попили травяного чайку с пряниками в чайной, покачались на качелях...

...парни попинали мячик (разумеется, с разрешения сотрудников музея)...

...ietotojeja за 10 минут нашла в ближайших кустах несколько белых (говорят, сильно не грибной год — я даже боюсь себе представить, что тут делалось в прошлом году, не иначе грибы прямо в домах росли)...

...и в завершение отведали в кафе рядом с музеем фирменных пермских посикунчиков с капустой 🙂 Но к вечеру пришлось все-таки возвращаться домой.

В завершение — небольшой ролик:

А теперь мы отправляемся обследовать музей авиации — ведь Пермь один из важных центров авиастроения.

Начало путешествия
Владимир один, два, три (Суздаль), Муром
Нижний один, два, три, четыре (Керженец), пять
Нижний — Казань
Казань один, два, три, четыре (Свияжск), пять (Старо-Татарская слобода)
Казань — Пермь
Пермь один, два

https://diverspb.livejournal.com/150823.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.